Владислав Юрицын

Сколько я ни старался,
Сколько я ни стремился,
Все равно чтоб подраться,
Кто-нибудь находился!
В.С. Высоцкий

На прошлой неделе стали известны детали доклада Федеральной разведывательной службы Германии (BND) своему правительству. Судя по докладу, ситуация в Центральной Азии складывается в таком русле, что качество казахстанских мобильных сил, о развитии которых говорилось на последнем всеармейском совещании, может быть проверено на практике уже этим летом.

Как ни странно, армия нужна

С момента получения независимости военная проблематика фактически не входила в число важнейших государственных приоритетов. Хотя на словах армию называли одной из фундаментальных основ страны, реально для нее ничего существенного сделано не было.

Пожалуй, только создание республиканской гвардии несколько раскрасило в целом серый фон военной действительности. С другой стороны, не будь потребности в гвардейцах согласно дипломатическому протоколу, вряд ли бы появились в Казахстане и они.

На обыденном уровне невнимание к армии и ее острым проблемам объяснялось тем, что республика ни с кем воевать не собирается, а потому к чему “пустые” усилия и растрата дефицитных ресурсов. Другим аргументом было то, что соседи у РК – Китай и Россия, а против них с местным потенциалом не особенно навоюешься, так что зачем и начинать?

Универсальным ответом на все просьбы военных о финансировании необходимых для их функционирования статей расходов стал “нет денег”. Армейские люди в погонах – это не совсем обычные граждане и могут вытерпеть и перенести очень многое. Поэтому нужно было “постараться”, чтобы из вооруженных сил начался их массовый исход. Что характерно, несмотря на массовый отъезд офицеров и прапорщиков за границу, в основном в Россию, и сокращение численности войск по сравнению с советским периодом, проблема обеспечения военнослужащих жильем не решена и по-прежнему остается острой.

Армия страны потеряла массу редких специалистов, которые в имеющихся военно-учебных заведениях Казахстана не готовятся, а обучение их за рубежом стоит очень дорого. При этом боеспособность подразделений очень сильно зависит именно от данных профессионалов.

От того, что зарплата у военных “смешная”, им совсем не смешно, а это уже чревато для всего государства и общества. Помимо этого превалирует уравнительный подход в оплате труда, что также совершенно не стимулирует укрепление обороноспособности. Одним из косвенных проявлений кризиса вооруженных сил стала их феминизация, поскольку приток активной и здоровой части мужского населения постоянно сокращается. Генералов в республике стало больше, но привлекательности военной карьере это не добавляет.

Сохранение в РК всеобщей воинской обязанности не приводит к тому, что вся молодежь страны проходит через срочную службу. Современная казахстанская армия гораздо более рабоче-крестьянская, чем в свое время советская. Условия срочной воинской службы настолько тяжелы, что мобилизуют молодых людей и их родителей предпринимать все меры к тому, чтобы не попасть в армию. Что характерно, общественное мнение относится к этому явлению с пониманием и совершенно не осуждает уклонистов.

Считается, что общество платит военным авансом за службу, которая по-настоящему начинается во время войны. Если военнослужащие станут защищать рубежи Казахстана исходя из “аванса”, то шансов у страны никаких.

BND обеспокоено

Федеральная разведывательная служба Германии (BND) опасается дестабилизации ситуации в Центральноазиатском регионе, которая, по их прогнозам, должна захватить и Россию. В последнем исследовании представители немецких спецслужб приходят к выводу, что кризис, разгоревшийся на южной окраине России в Чечне, а также в Центральной Азии, продолжит обостряться.

Сопротивление чеченцев, несмотря на большие потери, продолжает оставаться очень активным, говорится в отчете. Хотя Москва и объявила о постепенном выводе российских войск, не находящихся там на постоянной дислокации, в республике продолжают оставаться 44 тысячи федеральных военнослужащих. Периодически случаются столкновения противоборствующих сторон, которые ведутся с особой жестокостью.

Однако события на Кавказе, несмотря на его большую географическую близость к Германии, беспокоят немецких специалистов не так сильно, как Центральноазиатский регион. В Центральной Азии, по мнению экспертов BND, ситуация складывается особенно угрожающе. Здесь назревает новый, очень серьезный конфликт. При этом уже весной следует ожидать нападения 2-3 тысяч исламских боевиков на Узбекистан, Кыргызстан и Таджикистан. Раньше боевики приходили летом, поэтому теперь может увеличиться длительность боестолкновений до закрытия перевалов. Цель экстремистов - при поддержке афганских талибов создать в регионе собственный халифат.

Если вспомнить, что результатом вторжения в Сурхандарьинскую область Узбекистана в прошлом году нескольких десятков боевиков стало создание режимом Ислама Каримова даже курсантских батальонов, то что может сделать группировка вторжения в несколько тысяч, можно себе представить.

Последний саммит глав Казахстана, Узбекистана, Кыргызстана и Таджикистана в Алматы был посвящен в первую очередь вопросам региональной безопасности. При этом немецкие военные эксперты не рассматривают ЦАЭС как существенную военную силу. Видимо, они осведомлены о реальном положении дел в армиях местных государств и довольно внушительная штатная численность не вводит их в заблуждение. Вероятно, здесь слабо действует переход количественных изменений в качественные.

В исследовании Россия рассматривается как системообразующая сила в регионе, которая не сможет оставаться в стороне, если события примут чрезвычайный характер. Пока Москва проявляет сдержанность. Однако разведчики BND относят это на то, что большинство элитных подразделений российской армии, способных воевать в таких условиях, заняты в Чечне. Тех же войск, которыми Кремль на сегодня располагает в Центральной Азии, при обострении ситуации будет явно недостаточно, чтобы ликвидировать военный конфликт в одиночку.

Почему Германия?

Для Европейского союза, где Германия является одной из ведущих сил, Казахстан рассматривается как сосед соседей. В этой связи дестабилизация ситуации в Центральной Азии по “эффекту домино” воздействует на Россию, а потом на ЕС. Собственно для Берлина это выльется в потоки беженцев, оружия, наркотиков и дестабилизацию рынка на Востоке, которая чревата, помимо всего прочего, прекращением доступа к энергетическим ресурсам обширных территорий.

Если Германия рассматривает подобный вариант развития событий как угрозу собственной безопасности, то Россия в силу геополитических реалий озабочена этим еще больше. Практически только официальная Астана, как ни странно, демонстрирует олимпийское спокойствие и уверенность в собственных силах.

Не следует сбрасывать со счетов морально-психологический фактор. Экстремисты хотя и любят деньги, но все-таки во многом воюют за идею. Со стороны же центральноазиатских государств с мобилизующими идеями особенно острый дефицит. Да еще перед глазами у всех судьбы ветеранов Великой Отечественной и афганской войн, которые в своем подавляющем большинстве влачат жалкое существование. Все это как-то не стимулирует к массовому порыву в деле защиты отечества.

По мнению ряда политологов, ситуация может сложиться так, что боевики и правительственные войска будут вести боевые действия друг с другом на фоне апатичного отношения к противоборствующим силам со стороны местного населения. Вот тогда с особой силой встанет вопрос о профессионализме противников.

Пока исламский халифат на месте независимых государств Центральной Азии только прогнозируется, но почва под данной гипотезой имеется. А любой новый социально-экономический и политический просчет местного руководства лишь усиливает и увеличивает ее.

Появление халифата в регионе в состоянии кардинально изменить геополитическую ситуацию не только на евразийском континенте, но и в мировом масштабе. К тому же явление это будет совершенно новое, и в научной литературе пока что нет рекомендаций как вести дела с подобными государственными образованиями. Поскольку зло знакомое предпочтительнее зла незнакомого, то европейцы вообще и немцы в частности от идеи халифата совершенно не в восторге.