Правительство ввело ряд требований ограничительного характера, предъявляемых к кандидатам в президенты. Кандидаты были обязаны представить ходатайства приблизительно с 170000 подписей, собранными в равных пропорциях, по меньшей мере, в 11 из 16 регионов страны (14 областей плюс два города - Алматы и Астана). Также они должны были сдать экзамен на знание казахского языка и внести безвозвратную сумму, равную 1000 минимальных месячных окладов (примерно 30 тыс. долларов). Такая же сумма выделялась впоследствии каждому зарегистрированному кандидату в президенты на расходы, связанные с проведением избирательной кампании. Несмотря на то, что, помимо Президента Назарбаева, зарегистрированы в качестве кандидатов на президентский пост были три человека, двое из них, тогдашний сенатор Энгельс Габассов и тогдашний Председатель Таможенного комитета Гани Касымов, являлись сторонниками Президента, и, согласно широко распространенному мнению, участвовали в выборах по приказу правительства.

В ходе проведения избирательной кампании оппоненты Президента Назарбаева подвергались преследованиям со стороны правительства. Согласно надежным источникам, представители правительства не раз оказывали нажим на лиц, предоставлявшим оборудование для проведения конференций, и, когда проводились собрания или пресс-конференции правительственных оппонентов, договорившихся об использовании данного оборудования, в последний момент в доступе к этим средствам отказывалось. Когда проводились такие собрания и пресс-конференции, часто отключалось электричество. Попытки правительства срывать собрания оппозиционных сил выходили даже за пределы страны. Так, в декабре 1998 г. руководство одного из московских отелей в последнюю минуту отказало в предоставлении помещения конгрессу оппозиционных сил. Лидер Коммунистической партии Серикболсын Абдильдин, единственный кандидат, представлявший на выборах оппозицию, публично обвинил преданные Президенту местные власти в том, что в ходе его предвыборной кампании они препятствовали проведению предвыборных собраний и митингов. Вслед за этим, в ноябре, власти использовали Закон о государственной тайне и изъяли заграничный паспорт представителя РНПК Амиржана Косанова при его попытке выехать в Великобританию (см. раздел 2.г.).

В декабре 1998 г. Бюро по демократическим институтам и правам человека (БДИПЧ) ОБСЕ объявило, что не намерено, вопреки просьбе правительства, присылать свою миссию наблюдателей на президентские выборы. В публичном разъяснении БДИПЧ высказало озабоченность в связи с исключением двух кандидатов от оппозиции, неравными возможностями кандидатов по использованию средств массовой информации и насаждаемой поддержки кандидатуры Президента Назарбаева. Для предоставления отчета ОБСЕ о проведении выборов в целом в Казахстан была направлена небольшая группа наблюдателей. Она пришла к выводу, что президентские выборы "далеко не соответствуют" обязательствам Казахстана как участника ОБСЕ. В частности, было указано на исключение из избирательного списка кандидатов, на небольшой срок, отведенный на избирательную кампанию, ограничение свободы собраний и ассоциаций, использование государственных средств на проведение кампании Президента Назарбаева, неравный доступ к средствам массовой информации, а также на порочную практику в применении президентского указа, имевшего статус закона о выборах.

Введение на парламентских выборах 1999 г. дополнительных 10 мест в Мажилисе, распределяемых по результатам голосования по партийным спискам усилило роль политических партий, которые до сих пор была крайне слабыми, за исключением Коммунистической партии. В результате парламентских выборов 1999 г. 10 новых мест по партийным спискам разделили между собой Коммунистическая и три пропрезидентских партии - "Отан" (Отечество), Гражданская и Аграрная партии. Кандидаты, выдвинутые от других оппозиционных некоммунистических партий, не получили ни одного места в Парламенте. Член оппозиционной РНПК получил место в Парламенте, баллотируясь на депутатский пост в качестве независимого кандидата. РНПК отозвала свой партийный список после того, как было объявлено, что два ее кандидата, Акежан Кажегельдин и Мадел Исмаилов, не имеют право участвовать в выборах в качестве кандидатов. (Это было два единственных кандидата в члены Мажилиса из 600, которым было отказано в регистрации). Из более чем 600 кандидатов примерно половина была зарегистрирована в качестве независимых кандидатов. Многие из них были в прошлом государственными чиновниками, симпатизирующие проправительственным партиям.

Деятельность Парламента во многом остается вне контроля общественности. В июне 1999 г. Парламент запретил прессе и прочим сторонним наблюдателям присутствовать при процессе голосования вотума недоверия правительству. Публикуются общие итоги голосования по данному вопросу, однако как проголосовал тот или иной депутат, остается неизвестным. По меньшей мере, на 4 заседания Парламент приглашал представителей неправительственных организаций в качестве наблюдателей. Многие законопроекты обсуждаются на закрытых заседаниях и публикуются в печати лишь после их утверждения и подписания Президентом. В 2000 г. Парламент стал более открытым: в частности, был опубликован ряд законопроектов (например, налоговый кодекс), также были проведены встречи с неправительственным организациями по вопросам обсуждения некоторых других законопроектов (например, закон о местном самоуправлении). Несмотря на значительное улучшение, отмечавшиеся в ходе последних президентских выборов, на парламентских 1999 г. выборах негативно сказались недостатки избирательного законодательства, а также вмешательство в избирательный процесс исполнительной власти и недостаточная открытость правительства в отношении сведения результатов выборов. В некоторых случаях можно увидеть убедительные доказательства того, что правительство манипулировало результатами голосования. Миссия ОБСЕ, участвовавшая в выборах в качестве наблюдателей, сделала вывод о том, что, что выборы были "пробным шагом" на пути к демократии, однако они "далеко не соответствуют" обязательствам Казахстана как государства - участника ОБСЕ. ОБСЕ также высказала озабоченность в связи с тем, что второй тур выборов состоялся всего через 2 недели после первого тура голосования, в результате чего у ЦИК и судов не оставалось времени для разбора жалоб, поданных по результатам первого этапа голосования и в связи с организацией предвыборной кампании.

С целью преодоления недостатков законодательства к парламентским выборам ЦИК подготовила инструкции, однако эффект от их применения был ограничен. Так, вакантные места в избирательных комиссиях были разыграны в лотерею между политическими партиями. Однако данная инициатива касалась лишь 25 процентов комиссий, и разыгрывалось лишь 1 место в каждой комиссии, в которую обычно входит 7 человек. Инструкции, в определившие права наблюдателей, значительно увеличили их возможности наблюдать за процессом подсчета голосов на уровне избирательных участков. Однако, в конечном итоге, наблюдатели не смогли использовать информацию, которую они получили, для подтверждения или опровержения официальных результатов выборов. В конце концов, несмотря на повторяющиеся запросы ОБСЕ и других наблюдателей, ЦИК обнародовала всесторонний отчет о подсчете голосов лишь по одному из 67 одномандатных округов. За исключением одного округа, к концу года ЦИК не опубликовала списка тех кандидатов в Мажилис, кто проиграл гонку или не был допущен к участию во втором туре.

Накануне выборов 1999 г. правительство исключило участие в митинге незарегистрированной организации из списка административных правонарушений, которые потенциально могут послужить причиной дисквалификации кандидатов. Однако в списке остались более 40 других административных правонарушений. В нем осталось, в частности, участие в несанкционированных демонстрациях и митингах, что правительство часто использовало для обвинения представителей оппозиции (раздел 2.б.). Правительство заявило об аннулировании решения об административных наказаниях как причине отстранения от участия в парламентской гонке пятерых лидеров оппозиции, обвиненных в участии в митинге "За честные выборы". Два человека из пяти успешно зарегистрировались в качестве кандидатов. Однако ЦИК отказала в регистрации Акежану Кажегельдину по причине наличия административного взыскания за неуважение к суду. Это обвинение возникло в результате неявки Кажегельдина на судебное разбирательство по обвинению в участии в митинге "За честные выборы". (Кажегельдин в ответ заявил, что он не нарушил закон, послав на заседание своего адвоката). Председатель ЦИК за неделю до срока окончания регистрации кандидатов в парламент публично рекомендовала Кажегельдину ходатайствовать о снятии взыскания за неуважение к суду. В соответствии с инструкциями ЦИК, успех ходатайства Кажегельдина означал для него возможность участия в парламентских выборах. Впоследствии Кажегельдин подал в Верховный Суд ходатайство о снятии взыскания за неуважение, но Верховный Суд пришел к заключению, что ходатайство было составлено не по форме.

Через день после исключения ЦИК кандидатуры Кажегельдина российские власти задержали Кажегельдина в Москве по запросу Генерального прокурора Казахстана, направленному за два месяца перед этим. Правительство требовало выдачи Кажегельдина, который в то время жил в эмиграции, в связи с обвинениями в отмывании им незаконно полученных денежных средств во время нахождения на посту Премьер-министра (1994-1997 гг.). В результате протеста международных правозащитных организаций Генеральный прокурор отозвал свой запрос, и российские власти освободили Кажегельдина. По запросу Интерпола, направленному из Казахстана, в июле Кажегельдин был задержан снова, на этот раз в Италии, в связи с обвинениями в коррупции. Следствие по делу Кажегельдина, возможно, основанное на определенных фактах, имело ярко выраженный политический характер.

ЦИК отказала в регистрации кандидатуры Мадела Исмаилова по причине вынесенного ему в декабре 1998 г. обвинительного приговора в оскорблении чести и достоинства Президента (см. раздел 1.г.). Исмаилов хотел зарегистрироваться кандидатом по партийному списку РНПК. Закон о выборах запрещает регистрацию кандидатов, осужденных по уголовным делам, в течение 3 лет после вынесения приговора.

Изъяны Закона о выборах были использованы для дисквалификации на парламентских выборах 1999 г. другого кандидата от РНПК, заместителя председателя партии Газиза Алдамжарова. Это произошло после того, как он получил большинство голосов на выборах в Атырау. ЦИК аннулировала результаты второго тура выборов в Атырау, как и результаты в двух других округах, но в своем официальном распоряжении не представило объяснения на этот счет. Закон о выборах запрещает кандидатам, участвовавшим в выборах, признанных недействительными, участвовать во втором туре безотносительно к тому, кто конкретно несет ответственность за нарушения, приведшие к аннулированию результатов голосования. ЦИК использовала это положение для исключения из второго тура выборов в 3 округах приблизительно 500 кандидатов, проигравших борьбу на выборах в Мажилис в 1999 г. Хотя ЦИК не назвала конкретной причины аннулирования результатов выборов в Атырау, председатель ЦИК заявила в телевизионном интервью, что официальные лица участковой и районной избирательных комиссий отказались подписать итоговые протоколы после серии нарушений общественного порядка, которые председатель приписала "оппозиции". Эти нарушения включали в себя якобы прозвучавшую угрозу взорвать бомбу, голословные утверждения о фальсификации бюллетеней и сообщение о том, что в один из пунктов для голосования ворвались четверо вооруженных мужчин в масках, открыли и опрокинули урны для голосования. Принимая во внимание тот факт, что повсеместно ожидалось, что Алдамжаров получит в Атырау большинство голосов, неподтвержденные заявления ЦИК о вмешательстве "оппозиции" в выборный процесс выглядят надуманными.

Тот факт, что ЦИК не обнародовала результаты голосования на участках и в районах ставит под сомнение достоверность результатов выборов. Свидетельства о вмешательстве официальных органов в процесс голосования в ряде избирательных участков обостряют эту проблему. Наблюдательная миссия ОБСЕ получила очевидно фальсифицированные протоколы (официальные данные результатов голосования). В ходе первого тура выборов в Алматы наблюдатели ОБСЕ обнаружили на одном из участков размноженные протоколы голосования. Представители ОБСЕ и местные наблюдатели сообщали, что должностные лица избирательных участков не использовали официальные формы протокола для записи результатов в присутствии наблюдателей, а также заполняли официальные протоколы карандашом. Должностные лица избирательных участков, особенно во время первого тура выборов, нередко не разрешали наблюдателям присутствовать при подсчете голосов. Ситуация с доступом наблюдателей к бюллетеням для голосования улучшилась во время второго тура, когда ЦИК обнародовала новые инструкции для подготовки бюллетеней и обязала должностных лиц на избирательных участках сотрудничать с наблюдателями. Тем не менее, участковая избирательная комиссия в Атырау вначале отказалась впустить наблюдателей ОБСЕ в помещение. В конце концов, представители участковой избирательной комиссий впустили наблюдателей в офис, но вслед за тем настоятельно рекомендовали им покинуть помещение, поскольку они "не могут гарантировать их (наблюдателей) безопасность".

Официальные лица заявили, что Президент Назарбаев прибегнул к дисциплинарным мерам в отношении местных чиновников, вмешивавшихся в ход парламентских выборов, однако этот факт не получил своего подтверждения; правительство не обнародовало никаких подробностей происшедшего, имена этих чиновников не были названы, так же, как неизвестны их проступки и мера наказания.

В феврале делегация представителей ОБСЕ посетила Астану для обсуждения заключительного отчета ОБСЕ о парламентских выборах. В ходе визита было официально выражено согласие провести ряд "круглых столов" по вопросам избирательной реформы, рекомендованной данным отчетом. Соглашение предусматривало участие в обсуждениях широкого круга представителей правительства, всех зарегистрированных политических партий, других политических движений и неправительственных организаций. После нескольких отсрочек 2 сентября в Астане состоялась первое из четырех запланированных заседаний. Его участники приняли план будущей работы с участием ОБСЕ и всех политических партий, зарегистрированных в 1999 г. в параллельную государственную рабочую группу по избирательной реформе. Остальные заседания были запланированы на 2001 год; в первом заседании приняли участие основные оппозиционные партии и движения, а также 15 членов Парламента самого широкого круга политических убеждений. Также в работе заседания приняли участие представители Министерств: иностранных дел, юстиции, культуры, информации и общественного согласия. Вскоре после сентябрьского заседания ЦИК объявила, что уже через несколько дней она организует новые региональные и местные избирательные комиссии, не дожидаясь обсуждений вопросов реформы на последующих заседаниях рабочей группы. ЦИК утверждает, что она обязана действовать, поскольку истекают сроки полномочий прежних комиссий. Участники круглого стола подвергли ЦИК критике в связи с ее отказом обсуждать свои планы, связанные с переформированием комиссий, или предоставлять политическим партиям больше информации, чтобы они могли выдвигать своих кандидатов.

Конституция значительно ограничивает независимость юридической системы (см. раздел 1.д.). В августе 1995 г., когда была принята новая Конституция, Конституционный Совет заменил Конституционный суд. Президент назначает на должность 3 из 7 членов Совета, в том числе и его председателя. Для отклонения президентского вето нужно мнение большинства в 2/3 членов Совета. Все судьи уровня до Верховного Суда назначаются на должность непосредственно Президентом. Кандидаты на должности в Верховном Суде, выдвинутые Президентом, утверждаются Сенатом.

В соответствии с Конституцией, Президент назначает на должность глав областей (акимов) на основании рекомендаций Премьер-министра. Они подчиняются непосредственно Президенту, и он может отменить их решения.

Все взрослые граждане, достигшие 18-летнего возраста, имеют право участвовать в выборах. Военнослужащим, работникам правоохранительных органов и органов национальной безопасности, а также судьям запрещено быть членами политических партий или профессиональных союзов.

Женщины в правительстве и политике представлены непропорционально. Законом не предусмотрены ограничения на участие женщин и представителей меньшинств в политической жизни. Но постоянство традиционных взглядов означает, что мало женщин занимает руководящие должности или играет активную роль в политической жизни, а в правительстве женщины практически не представлены. К концу года не было ни одной женщины-министра, хотя одна женщина занимала должность министерского уровня и несколько женщин являлись заместителями министров. Среди провинциальных губернаторов (акимов) нет ни одной женщины. Из 39 членов Сената 5 - женщины, а из 77 депутатов Мажилиса - женщин 8.